Хромов обескураженно замолчал. Айболит неожиданно продолжил:
– Так вы мне ответьте. Вы этому научить можете?
– Чему?
– Ну, взрывать все подряд на расстоянии.
– Не знаю. Попробовать можно.
Айболит задумался, пощипывая бородку
– А, что – это мысль.
Через некоторое время научное направление Айболита получило новый импульс. Несколько дней Айболит не появлялся. Но, потом появился довольный и важный:
– Это очень важно, когда голову посещают интересные и нужные мысли. Вот пришла мне в голову умная мысль, и мы ее опробуем. Значит так, Николай Федорович. С завтрашнего дня мы приступим к новому этапу нашей с вами работы. Эксперимент будет заключаться в следующем. Вы, под моим руководством, будете обучать людей производить взрывы на расстоянии. Для начала мы обкатаем эту методику на ваших бывших подопечных. Научите их обнаружению взрывных устройств на расстоянии и их подрыв. А, потом мы это дело поставим на поток. Я буду контролировать процесс обучения и методологически его оформлять. Так сказать, подгоню под это дело научный базис. С кого из ваших подопечных вы хотите начать?
Николай задумался. Волк забурчал:
– А, чего тут думать? Нюх это основное на охоте. Значит выбирай из кота, лисы, барсука и хорька. Если верховой нюх, то лиса, если в земле – то барсук. У хорька нюх отличный, но он разгильдяй, от него жди сюрпризов. Хотя, вот у кота и нюх хороший и осторожный он. Короче, кот охотник классный.
Николай поморщился и ответил:
– Попробуем с Булкина, а там видно будет.
На следующий день Хромов и младший лейтенант Булкин встретились на полигоне. Булкин улыбнулся:
– Здравия желаю, товарищ сержант.
– И тут же смутился.
Хромов дружелюбно отозвался и протянул руку:
– Здравия желаю, товарищ младший лейтенант.
Николай понял причину его смущения:
– Может обойдемся без званий, Леша?
– Я не против, Николай Федорович.
– Тебя как по отчеству?
– Иванович.
– Значит, Алексей Иванович.
– Так точно.
– Ты в курсе событий.
– Вроде да. Сказали, что вы меня будете обучать обнаруживать взрывчатые вещества на расстоянии.
– Попробую. Ты, Леша, раньше времени, не радуйся. Может не получиться. Я, ведь, точно сам не понимаю, как я это делаю. Думаю, Волк нам поможет. Волка помнишь?
– Еще бы.
Встрял Волк:
– Наконец-то дождался. Сойти с ума, меня хвалят. Я нужен.
Леша улыбнулся. Появился Айболит с озабоченным лицом и сразу встрял в разговор:
– Значит так, Николай Федорович, вы приступаете к тренингу, а я буду документировать и вести протокол эксперимента. На какое расстояние поместим взрывпакет? Я думаю, что для обеспечения безопасности на расстоянии десяти метров от амбразуры.
Николай попытался внести коррективы в распоряжения Айболита:
– Эммануил Иосифович, давайте идти от простого к сложному. Обучение у нас идет в лабораторных условиях, а не в боевых. Отсутствие экстремальности снижает скорость обучения, но обеспечивает безопасность. Мы это уже проходили.
– Согласен, Николай Федорович. Вообще мы можем сделать товарищу младшему лейтенанту инъекцию адреналина.
– Эммануил Иосифович, адреналина недостаточно. Адреналин, в нашем случае, отличается от полного комплекса экстремальных условий как сахар рафинад от фруктового сахара. Не надо ни каких инъекций, мы все сделаем сами.
– Что значит сами? Я должен все контролировать.
– Да, конечно. Контролируйте. Нам для начала достаточно трех патронов. Нужно три патрона – обычный, трассирующий и зажигательный.
Айболит засуетился:
– Сейчас, сейчас. Сейчас все будет.
Айболит стал отдавать указания по телефону:
– Доставьте мне в блиндаж три патрона. Обычный, зажигательный и трассирующий.
Патроны принесли. Айболит достал большую общую тетрадь. Поджав губы он стал ее по линейке и стал командовать:
– Значит так. Николай Федорович, рассказывайте все внятно, чтобы я мог конспектировать. Айболит суетился, что-то записывал в свою тетрадь, заглядывал в лица, как Хромова, так Булкина. Николай и Булкин сели в позу лотоса и закрыли глаза. Волк бегал кругами и командовал Коту:
– Встань по ветру. Кончай умываться. Нюхай, нюхай. Не видишь?
– Ничего не вижу.
– Так ты нюхай, бестолковый. Не видишь?
– А, чего я должен видеть, когда нюхаю. Ты бы еще сказал – «Смотри внимательней. Какой запах видишь?»
– Ну, я не знаю, как ему объяснять. Чего он дурачится.
Николай Одернул Волка:
– Да, погоди ты. Ты его совсем с толку сбил. Котик успокойся. Успокойся. Тревогу чувствуешь?
– А как ты думаешь? Рядом волчара озверевший прыгает. Ерунду какую-то бормочет.
Николай мысленно попытался навести порядок:
– Волк успокойся, а лучше отойди, только не далеко. Я тебя позову, когда нужен будешь..
Волк потрусил между деревьев. Солнечные пятна зажигали искорки на кончиках волос его шерсти. Муравьи сновали между травинок, листва радовалась легким порывам ветра. Кот спокойно сидел и смотрел немигающими глазами. И только кончик его хвоста, который медленно стучал по земле, выдавал, что внимание Кота обострено. Николай выждал и снова спросил:
– А, сейчас, тревоги, опасности не ощущаешь?
– Нет, все нормально, все хорошо. Птички летают, наверное вкусные.
Прервал их сеанс Айболит:
– Ну, хорошо. Посидели, отдохнули и хватит. Когда приступим к сеансу обучения?
Булкин на слова Айболита не отреагировал. Николай открыл глаза:
– Эммануил Иосифович, а мы уже приступили.
– Как приступили? Я должен участвовать в этом.
Николай усмехнулся:
– Присоединяйтесь, Эммануил Иосифович.
– Как присоединяйтесь?
Николай вдруг понял, что он ни разу еще не заглядывал внутрь Айболита. Он сосредоточился. Туманом с розовым запахом даже не пахло. Витало что-то серое вперемежку с желтым. Пахло хлебом в деревенском доме. Запах был желтый. В голове мелькнуло:
– Интересно. А, где же зверь?
Внутренне зрение Николая преподнесло ему неожиданный подарок. Среди мусора и шелухи суетился Хомяк. Хомяк примеривался как утащить три патрона. О присутствии кого-то рядом с собой он не подозревал. Голос Айболита снова оторвал Николая от внутреннего созерцания:
– Николай Федорович, так как нам быть? Нужно как-то иначе. Я не понимаю что происходит и как и чем вы занимаетесь.
– А, вы присоединяйтесь, Эммануил Иосифович. А, запротоколируете потом.
– Что значит присоединяйтесь?
– Садитесь как мы и закрывайте глаза. И думайте о чем-нибудь приятном.
Вышел из своего состояния Булкин и с любопытством смотрел на то, как пытался в позу лотоса сесть Айболит. Лицо Айболита налилось кровью и покраснело, он кряхтел, но сесть в позу лотоса у него не получалось. Николай пособолезновал:
– Эммануил Иосифович, да не напрягайтесь вы. Садитесь как вам удобней, с таким расчетом, что не упадете, если уснете или отключитесь.
Айболит испуганно взвизгнул:
– Хромов, вы меня хотите загипнотизировать?
Николай попытался успокоить Айболита
– Я, не умею гипнотизировать. Но, вы же хотели к нам присоединиться?
Айболит с подозрением посмотрел на Николая, недовольно хмыкнул, но уселся на топчане, стоявшем в блиндаже.
Николай закрыл глаза и погрузился в созерцание. Кот насторожился, присел на передние лапы, поджал уши. Он тоже увидел Хомяка. Николай попробовал направить события в нужное русло:
– Леша, оставь хомяка в покое. Рядом с ним опасность видишь? Какого она цвета?
Кот сел с независимым видом мурлыкнул:
– Какая опасность? Это просто хомяк.
– А, еще что-нибудь чувствуешь?
Кот нервно ударил по земле хвостом:
– Мусор какой-то вонючий.
Пазл 95. Новые песни придумала жизнь
За спиной Николая раздался шепот Волка:
– Промашка вышла. Кот домашний. Он жил среди людей. На него никогда не охотился. Он не знает запах пороха. Ему плевать на патроны и взрывчатку. Он даже не подозревает, что они опасны. Кончай это дело, пошли побегаем.
Николай решил пошутить:
– Хомяка с собой возьмем?
Волк юмора не прочувствовал:
– Хомяка, так хомяка. Мне все равно.
Николай спокойно позвал:
– Кот, хомяк, пошли гулять.
Хомяк, похоже, осознал, что он не один. Он поднял мордочку и стал принюхиваться. Заметался и попытался спрятаться. Когда это не получилось, он забился в истерике. Николай скомандовал:
– Стоп. Все назад, домой.
Айболит сидел в обморочном состоянии, по его лицу тек пот. Николай извинился перед младшим лейтенантом:
– Извини Леха, не получилось.
– Федорыч, может в следующий раз получится?
– Нет, Леша, ты подо что-то другое заточен.
Алеусей с надеждой спросил:
– Подо что?
– Пока не понял.
Булкин обиделся:
– Что, раньше понимал, а теперь нет?
Николай стал оправдываться, чувствуя свою вину:
